Вести Баку
Жесткий ответ Азербайджана Европарламенту не надо читать как разрыв с Европейским союзом. Это было бы слишком простое и, главное, неправильное объяснение.
Баку не закрывает дверь перед Европой. Наоборот, дверь открыта для тех европейских институтов и государств, которые разговаривают с Азербайджаном языком интересов, энергетики, транспорта, безопасности и реальной политики. В Баку приезжают европейские лидеры, идут встречи, обсуждаются маршруты, газ, торговля, Южный Кавказ после войны и будущая архитектура региона.
Но есть другая Европа. Европа резолюций, политических жестов, лоббистских поправок и морального высокомерия. Именно с ней у Азербайджана накапливался конфликт.
Последняя резолюция Европарламента стала для Баку не просто неприятным документом. Она стала показательной ошибкой. Причем ударила она, по большому счету, не по Азербайджану. Баку на такие тексты давно смотрит без иллюзий. Настоящий ущерб этот документ наносит армяно-азербайджанскому мирному процессу и лично Николу Пашиняну.
Почему? Потому что в резолюцию были внесены именно те темы, которые сегодня не помогают миру, а подрывают его. Возвращение карабахских армян как политическое требование. Давление по делу бывших сепаратистских лидеров. Попытка снова вынести на международную сцену вопросы, которые Ереван в нынешней реальности старается не превращать в центральную повестку переговоров.
Пашиняну внутри Армении и без того приходится вести тяжелую борьбу с реваншистами. Они обвиняют его в слабости, в отказе от Карабаха, в недостаточной защите «национальных интересов». И тут Европарламент фактически подбрасывает им готовый политический лозунг: смотрите, Европа говорит то, от чего Пашинян уклоняется.
Это не поддержка мира. Это подарок тем, кто хочет сорвать мир.
В Баку именно так и воспринимают подобные документы. Не как самостоятельную позицию Европы, а как результат давления лоббистских сетей, связанных с армянской диаспорой, реваншистскими кругами и теми силами, которым не нужен окончательный мир между Азербайджаном и Арменией.
Здесь важно провести границу. Азербайджан не обязан принимать резолюции, написанные так, будто последних тридцати лет не было. Будто не было оккупации. Будто сотни тысяч азербайджанцев не жили годами в статусе вынужденных переселенцев. Будто сепаратистская структура в Карабахе была невинной гражданской администрацией, а не частью многолетнего конфликта, который стоил региону тысяч жизней.
Европарламент любит говорить о правах и принципах. Но его принципиальность слишком часто оказывается избирательной.
Когда речь шла о территориальной целостности Азербайджана, европейская парламентская машина десятилетиями не проявляла такой же энергии. Когда Баку требовал признать очевидное – что его земли оккупированы и должны быть освобождены, – европейская реакция была куда более осторожной, размытой и удобной.
Зато теперь, когда Азербайджан восстановил контроль над своей территорией, та же площадка вдруг нашла в себе избыток морального пафоса.
Это и вызывает раздражение в Баку. Не критика сама по себе. А двойной стандарт.
В Европе прекрасно знают, как жестко сами европейские государства реагируют на сепаратизм. Достаточно вспомнить Каталонию. Там прошел референдум о независимости, не было войны, не было массовой резни, не было трех десятилетий оккупации соседнего государства. Но реакция Мадрида была жесткой: суды, аресты, уголовные дела, политическое преследование лидеров каталонского движения.
И Европарламент не превратил это в бесконечную кампанию против Испании.
Можно вспомнить и Корсику, где сепаратистская тема десятилетиями была болезненной для Франции. Но и здесь Брюссель не устраивает постоянные политические спектакли против Парижа.
Тогда почему от Азербайджана требуют того, чего сами европейские государства никогда не приняли бы в отношении себя?
Ответ неприятный, но очевидный: потому что Южный Кавказ для части европейской политической среды все еще остается территорией удобных схем. Там можно читать лекции, не неся ответственности за последствия. Можно принимать резолюции, не отвечая за безопасность региона. Можно поддерживать формулы, которые красиво звучат в Брюсселе, но в Ереване и Баку работают как топливо для нового конфликта.
Баку сделал то, что должен был сделать. Он отделил Европейский союз как стратегического партнера от Европарламента как проблемной политической площадки.
Это не эмоция. Это холодный расчет.
С Европейской комиссией есть предметный разговор. Есть энергетика. Есть Южный газовый коридор. Есть Средний коридор, который после войны России против Украины и санкционного давления вокруг России и Ирана стал для Европы одним из немногих реальных маршрутов между Китаем, Центральной Азией, Южным Кавказом и европейским рынком.
В этой системе Азербайджан незаменим. Северный маршрут связан с Россией. Южный – с Ираном. А между Каспием и Европой есть только один ключевой западный берег, через который проходит реальная связка: Азербайджан.
Именно поэтому прагматичная Европа будет продолжать работать с Баку. Потому что ей нужен азербайджанский газ. Ей нужны транспортные маршруты. Ей нужна стабильность на Южном Кавказе. Ей нужен партнер, который не является членом ЕС, но умеет выстраивать отношения с Италией, Германией, Венгрией, Болгарией, Румынией, Грецией и другими странами на основе интересов, а не лозунгов.
Европарламент может принимать резолюции. Но трубы, порты, железные дороги, контракты и география живут по другой логике.
В этом и состоит новая азербайджанская линия. Баку не просит у Европы доверия и сам не собирается доверять Европе вслепую. Азербайджан строит прагматичные отношения. Где есть уважение к суверенитету – там будет сотрудничество. Где есть язык давления, шантажа и лоббистских текстов – там будет жесткий ответ.
И это важный сигнал не только Брюсселю, но и Еревану.
Если Европа действительно хочет мира между Азербайджаном и Арменией, она должна помогать двум государствам закрывать конфликт, а не снова открывать его под новыми названиями. Нельзя одновременно говорить о поддержке Пашиняна и давать аргументы тем, кто хочет его ослабить. Нельзя призывать к стабильности и вносить в документы формулы, которые радикализируют армянскую внутреннюю повестку. Нельзя говорить о будущем Южного Кавказа, оставаясь в плену старых лоббистских рефлексов.
Азербайджан уже показал: он не против Европы. Он против той части европейской политики, которая не хочет видеть реальность.
А реальность такова: мир на Южном Кавказе возможен только без реваншистских иллюзий, без искусственного возвращения карабахской темы в переговорную повестку и без попыток превратить Европарламент в инструмент давления на Баку.
Европа может быть партнером Азербайджана. Но для этого ей придется выбрать, кем она хочет быть в регионе: участником будущего или адвокатом прошлого.
Вести Баку