Редакция Вести Баку
Переговоры с Москвой могут продолжаться бесконечно. Встречи будут сменять друг друга, посредники – прилетать и улетать, а стороны – заявлять о необходимости продолжения диалога.
Но сам факт переговоров еще не означает приближения к решению. Иногда их настоящая цель состоит в том, чтобы выиграть время, сохранить рычаги давления и не позволить оппоненту окончательно изменить политический курс.
Именно так украинский публицист Виталий Портников оценивает новый раунд российско-украинских контактов и одновременно развивающийся кризис между Москвой и Ереваном.
На первый взгляд это два разных сюжета. Один связан с полномасштабной войной, другой – с распадом многолетнего союзничества. Однако их объединяет главный вопрос: способна ли бывшая советская республика проводить самостоятельную внешнюю политику, если Москва считает ее частью собственной зоны влияния?
Армения годами пыталась совместить несовместимое: оставаться военно-политическим союзником России, пользоваться российскими экономическими и энергетическими возможностями, но одновременно двигаться в сторону Европейского союза и углублять отношения с Западом.
До определенного момента такая политика выглядела удобной. Однако многовекторность работает лишь тогда, когда все стороны признают право небольшого государства на самостоятельный выбор. Если один из партнеров воспринимает любое сближение с конкурентом как предательство, пространство для маневра быстро исчезает.
Сегодня Ереван подошел именно к этой черте.
Москва требует ясности относительно будущего Армении в Евразийском экономическом союзе, российской военной базы в Гюмри и других механизмов влияния. Европейский вектор, в свою очередь, предполагает постепенное изменение законодательства, торговой политики, системы безопасности и принципов государственного управления.
Долго двигаться одновременно в двух противоположных направлениях невозможно.
Однако украинский опыт нельзя механически переносить на Армению. Между двумя странами существуют огромные различия. Армения зависит от России в торговле, энергетике, инфраструктуре и других чувствительных сферах. Резкий разрыв без подготовленной альтернативы способен вызвать серьезные экономические и социальные потрясения.
Поэтому настоящая дилемма Еревана заключается не в том, чтобы завтра закрыть российскую базу и послезавтра подать заявку на вступление в ЕС. Вопрос в другом: готова ли Армения последовательно создавать институты, транспортные маршруты и внешние связи, которые позволят ей принимать решения без разрешения Москвы?
Здесь армяно-азербайджанское урегулирование приобретает значение, значительно выходящее за рамки двусторонних отношений.
Без мира с Азербайджаном, открытия коммуникаций и нормализации отношений с Турцией Армения останется географически и экономически уязвимой. Чем меньше у нее альтернативных дорог, рынков и партнеров, тем сильнее ее зависимость от России. В этом смысле мир с Баку – не уступка Москве, Брюсселю или Вашингтону. Это необходимое условие армянского суверенитета.
Железнодорожное сообщение, региональные транспортные проекты и маршрут TRIPP становятся не просто экономическими вопросами. Это инфраструктура новой политической реальности Южного Кавказа.
Каждая открытая дорога уменьшает зависимость региона от единственного центра силы. Каждая восстановленная железнодорожная линия создает новые варианты торговли. А возможность выбирать между несколькими маршрутами дает государству то, чего нельзя получить ни одной декларацией, – реальную самостоятельность.
Азербайджан прошел собственный путь к этой самостоятельности. Баку не делал резких демонстративных шагов и не превращал дистанцирование от Москвы в идеологическую кампанию. Вместо этого страна десятилетиями создавала энергетические маршруты в обход России, укрепляла союз с Турцией, развивала отношения с Европой, США, Китаем и Центральной Азией, одновременно сохраняя рабочие контакты с Москвой.
Главное отличие заключается в том, что Азербайджан никогда не соглашался передать России право определять направление своей внешней политики. Самостоятельность Баку появилась не за один день – она была обеспечена инфраструктурой, экономическими ресурсами, армией и системой международных партнерств.
Армении предстоит проделать собственную работу. Одних антироссийских заявлений для этого недостаточно. Более того, громкая риторика без экономической и институциональной подготовки может сделать страну еще более уязвимой.
Но и бесконечное ожидание соглашения с Москвой не является безопасной стратегией. Каждый новый раунд переговоров способен превратиться в способ отложить решения по железной дороге, региональным маршрутам, европейской интеграции и реформированию системы безопасности.
Портников справедливо обращает внимание на опасную закономерность: уступчивость далеко не всегда снижает давление. Нередко она убеждает более сильную сторону, что давление работает и его следует усилить. Но и открытая конфронтация сама по себе не гарантирует успеха.
Еревану необходим не эмоциональный разрыв, а продуманный график обретения самостоятельности: мирный договор с Азербайджаном, нормализация отношений с Турцией, разблокирование железных дорог, диверсификация энергетики, расширение рынков и постепенное снижение зависимости от российских структур.
Для Азербайджана результат этого выбора также имеет принципиальное значение. Баку не заинтересован в превращении Армении в площадку борьбы между Россией и Западом. Нестабильный сосед, чья политика определяется внешними центрами, всегда представляет больший риск, чем предсказуемое и самостоятельное государство.
Но независимость предполагает ответственность. Армения не сможет одновременно требовать суверенитета от России и оставлять открытыми территориальные претензии к соседям. Европейский путь начинается не с флага ЕС над правительственным зданием, а с признания существующих границ и готовности жить в мире с Азербайджаном и Турцией.
Эпоха, когда можно было получать гарантии безопасности от Москвы, финансовую поддержку Запада и при этом избегать окончательного выбора, подходит к концу.
Теперь Армении придется решить, хочет ли она оставаться объектом чужой политики или стать государством, самостоятельно определяющим свое будущее. И первый практический шаг к этому будущему проходит не через Москву или Брюссель, а через мир с Баку.
Вести Баку