Доктор юридических наук Намиq Алиев
Вашингтонский саммит 8 августа 2025 года между Арменией и Азербайджаном под эгидой США стал не просто шагом к завершению одного из самых затяжных постсоветских конфликтов. Он ознаменовал собой начало новой геополитической реальности в Южном Кавказе, переформатировав баланс сил, интересов и влияния в регионе.
США возвращаются в региональную игру
Вашингтон, выступив посредником в подписании мирной декларации и инфраструктурного соглашения TRIPP, фактически перехватил инициативу у традиционных игроков — России и Франции. Это стало демонстрацией не только дипломатических амбиций, но и геоэкономического прагматизма.
США получили 99-летний концессионный контроль над стратегическим транспортным маршрутом (Trump Route for International Peace and Prosperity), соединяющим Азербайджан с Нахчываном через территорию Армении. Впервые за десятилетия американские компании, аффилированные с энергетическим, телекоммуникационным и строительным секторами, получат прямой доступ к инвестициям в стратегическую инфраструктуру Южного Кавказа. Договоры включают элементы экономической зависимости от США как Армении, так и Азербайджана — это формирует новый устойчивый рычаг влияния, альтернативный российскому военному и энергетическому присутствию.
Таким образом, Вашингтон переходит от наблюдателя к архитектору политического устройства региона. Президенты Азербайджана и США подписали “Меморандум о взаимопонимании между Правительством Азербайджанской Республики и Правительством Соединенных Штатов Америки о создании Стратегической рабочей группы с целью подготовки Хартии о стратегическом партнерстве между Азербайджанской Республикой и Соединенными Штатами Америки”, направленный на вывод двусторонних отношений на уровень стратегического партнерства. Начинается новый этап в отношениях между Азербайджаном и США.
Россия — потеря посреднической монополии
Роль России в урегулировании армяно-азербайджанского конфликта последние 30 лет была определяющей. Однако с 2022 года и началом войны в Украине её ресурсы были распылены, а доверие Еревана пошатнулось. В итоге Россия оказалась вытеснена из ключевого мирного процесса:
– Упразднение Минской группы ОБСЕ — в которой Россия была сопредседателем — фактически завершило её институциональное присутствие в переговорном процессе.
– Соглашение не включает участие ОДКБ, МИД РФ или миротворческих структур под российским командованием.
– Москва выразила «озабоченность» по поводу TRIPP, который может подорвать её планы по евразийской транспортной интеграции (в частности, проекту «Север – Юг» через Иран и Армению).
Российское влияние сохраняется на уровне медиа, отдельных политических акторов и части армянской оппозиции, но реальные рычаги сокращаются до минимума.
Иран: определяется с позицией
На следующий день после Вашингтонского саммита министерство иностранных дел Ирана заявило, что Иран приветствует парафирование соглашения о мире между Азербайджаном и Арменией. Согласно заявлению, Иран рассматривает это соглашение как важный шаг к реализации устойчивого мира в регионе. Иран готов продолжать конструктивное сотрудничество с Азербайджаном и Арменией для сохранения мира и стабильности, экономического развития региона посредством двустороннего и регионального сотрудничества. В заявлении также говорится, что восстановление коммуникационных связей будет способствовать стабильности, безопасности и экономическому развитию стран региона.
В то же время Иран «выражает обеспокоенность негативными последствиями любого иностранного вмешательства, особенно вблизи общих границ, которое подрывает безопасность и долгосрочную стабильность в регионе».
Несколько ранние заявления из Ирана определяли появление западного коридора через Зангезур — красной линией, поскольку оно: 1) сокращало иранское транзитное значение как связующего звена между Азербайджаном и Турцией; 2) увеличивало риск расширения американского военного и технологического присутствия у северной границы Ирана и 3) сокращало пространство для реализации китайско-иранских логистических планов, привязанных к инициативе «Пояс и путь».
Накануне саммита в Тегеране прозвучали заявления о «подрыве стабильности региона» и «вмешательстве извне», однако никаких официальных шагов предпринято не было.
В целом же, заявление МИД, на наш взгляд, следует воспринимать как положительный сигнал.
Турция как стратегический бенефициар
Анкара получает непрямую, но устойчивую выгоду от соглашений, которая выражается в следующем: 1) «Маршрут Трампа ради мира и процветания» (TRIPP) укрепляет транспортную связь между Азербайджаном и Турцией через Нахичевань, поддерживая идею «Туранского коридора»; 2) Азербайджан усиливает позиции как энергетического и логистического партнёра, в том числе для поставок газа в Европу в обход России и Ирана; 3) Армения, ранее ориентированная на Москву и Тегеран, вынуждена идти на нормализацию с Анкарой для баланса влияний.
Формально Турция не участвовала в Вашингтонском саммите, но её геополитическое присутствие чувствуется через усиление позиций Азербайджана и логистическое значение транзита в сторону Европы.
ЕС и Китай: сдержанная реакция
Европейский союз, выступавший ранее за посредничество в Брюсселе (Мишель, Макрон), воспринял Вашингтонский саммит сдержанно, но без конфликта. ЕС приветствует окончание конфликта, но обеспокоен отсутствием гуманитарных гарантий и роли европейских структур.
В Совместном заявлении президента Европейского совета Антониу Кошты и президента Европейской комиссии Урсулы фон дер Ляйен по поводу парафирования мирного договора между Арменией и Азербайджаном и декларации между президентом Алиевым и премьер-министром Пашиняном в Вашингтоне подчеркивается важность обеспечения своевременного выполнения согласованных шагов для гарантии устойчивого и непрерывного прогресса в направлении полной нормализации отношений между Арменией и Азербайджаном.
Китай — один из косвенных проигравших. Влияние Пекина в регионе строится на транзитных коридорах и инфраструктурных займах. Если TRIPP станет альтернативой проекту «Пояс и путь» на Южном Кавказе, это изменит маршруты и потоки, снижая транзитную ценность через Иран.
Глобальные последствия: конец постсоветской модели
Вашингтонский саммит символизирует не просто подписание документов, а отказ от постсоветской модели урегулирования, основанной на: 1) многосторонних форумах (ОБСЕ, ОДКБ); 2) патронаже Москвы; 3) моральном праве «победителя войны» диктовать условия.
Новая модель базируется на двусторонней дипломатии при участии США, использует экономические и инфраструктурные рычаги вместо военных угроз и устанавливает конкурентную среду между глобальными игроками в локальной политике.
Завершая…
В итоге США возвращаются в регион, усиливают свою роль и влияние, получают экономические и политические дивиденды. Азербайджан выигрывает геополитически, получает ослабление давления, а также выгодный транзит, диверсифицируя имеющиеся коммуникации. Армения получает дипломатическое смягчение изоляции, но сохраняет внутренние риски и противоречия. Россия теряет влияние и роль посредника на Южном Кавказе. В Иране усиливается тревога, возрастает ощущение геополитического окружения. Турция получает косвенное усиление регионального влияния через союзника.
Вашингтонский саммит — это не просто соглашение между двумя постсоветскими республиками. Это — перезагрузка всей стратегии внешнего влияния в Южном Кавказе. Вопрос лишь в обеспечении устойчивости и долговечности этого мира.