Редакция Вести Баку
Администрация Дональда Трампа готовится объявить новый пакет санкций против Ирана, который министр финансов США Скотт Бессент уже назвал «самым жестким в истории».
Но для Азербайджана важнее другая формулировка, прозвучавшая из Вашингтона: экономические последствия могут грозить любой стране, предоставляющей Тегерану «любую форму поддержки».
Пока это политическая угроза, а не готовый санкционный механизм. Его параметры должны быть раскрыты 24 августа. Неизвестно, намерены ли США преследовать любую торговлю с Ираном либо сосредоточатся на нефти, банковских операциях, логистических компаниях и обходе уже действующих ограничений.
Однако для Баку вопрос уже нельзя считать абстрактным.
Азербайджан покупает у Ирана в 19 раз больше, чем продает
В первом полугодии 2026 года товарооборот между Азербайджаном и Ираном достиг 312,6 млн долларов, увеличившись на 4,5% по сравнению с аналогичным периодом прошлого года.
Почти вся эта сумма приходится на иранские поставки:
- импорт Азербайджана из Ирана составил 297 млн долларов;
- экспорт в Иран – лишь 15,6 млн долларов;
- доля Ирана в азербайджанском импорте выросла с 2,54% до 3,56%.
Иными словами, Азербайджан покупает у южного соседа приблизительно в 19 раз больше товаров, чем продает ему.
Это не критическая зависимость для всей экономики, но достаточно заметный объем для отдельных импортеров, приграничной торговли, перевозчиков и банков. Если Вашингтон введет широкие вторичные санкции, сложности могут возникнуть даже у компаний, которые не торгуют нефтью и не сотрудничают непосредственно с иранскими государственными структурами.
Риски могут затронуть платежи, страхование, транспортировку грузов и обслуживание сделок. Банки, опасаясь потерять доступ к долларовой системе, обычно действуют осторожнее, чем того формально требует санкционное законодательство. Поэтому даже разрешенная торговля может столкнуться с задержками и отказами в проведении операций.
Баку окажется перед трудным выбором
Азербайджан заинтересован в тесном стратегическом сотрудничестве с США. Вашингтон играет важную роль в армяно-азербайджанском урегулировании, продвижении маршрута TRIPP и формировании новой транспортной архитектуры Южного Кавказа.
Одновременно Иран остается непосредственным соседом Азербайджана. Две страны связаны торговлей, транспортными маршрутами, приграничными проектами и географией, которую невозможно отменить никакими санкциями.
Баку не заинтересован ни в экономической конфронтации с Тегераном, ни в обвинениях со стороны Вашингтона в создании для Ирана альтернативного торгового канала.
Именно здесь начинается самая сложная дипломатическая задача. Азербайджану придется отделить обычную торговлю от операций, которые США могут расценить как помощь иранской экономике или обход ограничений. Для этого потребуются более жесткий банковский контроль, прозрачность происхождения грузов и проверка компаний, участвующих в расчетах и перевозках.
Под давлением окажутся также Турция и Армения
Проблема не ограничивается Азербайджаном.
Товарооборот Ирана с Турцией составляет около 5-6 млрд долларов в год, причем Тегеран обеспечивает примерно 13% турецкого импорта природного газа. Анкара пока не заявляла о намерении свернуть экономические связи с Ираном.
Торговля Армении с Ираном в первом полугодии достигла 371,4 млн долларов. Около 20% армянской внешней торговли проходит через иранскую территорию. Кроме того, между странами действует схема обмена иранского газа на армянскую электроэнергию.
Следовательно, новые американские ограничения могут изменить экономический баланс всего Южного Кавказа. Они способны ударить по Армении сильнее, чем по Азербайджану, поскольку для Еревана Иран остается не только торговым партнером, но и одним из двух сухопутных выходов во внешний мир.
Санкции одновременно создают возможности
Усиление изоляции Ирана повышает стратегическое значение Азербайджана как транспортного и энергетического узла.
Чем сложнее становится использование иранских маршрутов, тем выше ценность Среднего коридора, Каспийского направления и будущего маршрута через Армению в Нахчыван и Турцию. Азербайджан может получить дополнительные транзитные потоки, инвестиции в инфраструктуру и более значительную роль в энергетической безопасности Европы.
Но превращать кризис вокруг Ирана исключительно в коммерческую возможность было бы опасным упрощением. Рост напряженности означает также угрозу приграничной безопасности, новые миграционные риски и возможные провокации против азербайджанской энергетической инфраструктуры.
Баку необходимо одновременно защищать экономические интересы, сохранять рабочие отношения с Тегераном и не допускать нарушения американских санкций.
Главный вопрос остается без ответа
До объявления конкретных мер невозможно утверждать, что азербайджанские компании неизбежно попадут под ограничения. Пока Вашингтон сформулировал политическую угрозу, но не установил точные правила.
Однако сигнал предельно ясен: США хотят заставить партнеров Ирана выбирать между торговлей с Тегераном и доступом к американской финансовой системе.
Для Китая или Турции такой выбор будет сложным. Для Азербайджана – особенно чувствительным. Страна находится рядом с Ираном, сотрудничает с США и одновременно стремится стать центральным звеном новых евразийских маршрутов.
Поэтому главный вопрос заключается не в том, прекратит ли Баку торговлю с Тегераном. Скорее, речь идет о том, сможет ли Азербайджан сохранить необходимые отношения с соседом, не превратившись в объект американского давления.
Ответ станет понятнее после того, как Вашингтон раскроет детали нового санкционного пакета. До этого момента любые утверждения о неизбежных санкциях против азербайджанского бизнеса были бы преждевременными. Но готовиться к такому сценарию необходимо уже сейчас.
Вести Баку