By Azerbaijan.US Editorial Board
В течение многих лет западные политики обсуждали «Средний коридор» – транспортный маршрут, соединяющий Европу и Азию через Южный Кавказ и Центральную Азию – как нечто второстепенное, запасной вариант на случай гипотетических кризисов.
Этот период завершён. Геополитические потрясения последних трёх лет превратили маршрут из теоретической конструкции в срочную стратегическую необходимость. И ни одна страна не занимает в этой системе более ключевого места, чем Азербайджан.
В Вашингтоне и Брюсселе отлично понимают стратегическую арифметику. На фоне войны России против Украины северные пути закрыты; нестабильность на южных маршрутах, проходящих через Иран, делает их политически рискованными. У Запада остаётся прямой вопрос: какой транспортный коридор остаётся устойчивым, безопасным и масштабируемым? Ответ ведёт напрямую через Баку.
Но речь уже не только о дорогах, железной дороге и портах. Речь – о политической географии. Азербайджан стал ключевым узлом новой евразийской архитектуры – государством, которое сумело сохранить рабочие отношения со всеми сторонами, параллельно модернизируя порты, расширяя трубопроводную сеть и инвестируя в цифровую инфраструктуру задолго до того, как Запад осознал срочность альтернативных маршрутов.
Парадоксально, но «запаздывание» Запада выглядит особенно контрастно на фоне того, что Средний коридор уже работает. Грузопотоки через азербайджанский участок Транскаспийского маршрута стремительно растут, а инфраструктура в Аляте – одном из самых современных портов Каспия – расширяется быстрее ожиданий. Регион выполняет свою часть задач. Чего не хватает – так это политической решимости Вашингтона и Брюсселя.
Для Европы дилемма ещё острее. Несмотря на громкие заявления, ЕС до сих пор не готов открыто признать очевидное: его энергетический переход – от зимнего газового баланса до будущей «зелёной» инфраструктуры – частично зависит от Азербайджана.
Это и альтернативные поставки газа, и экспорт возобновляемой энергии из Каспийского региона, и проект подводного кабеля через Чёрное море, соединяющего Азербайджан с Румынией и далее с европейской сетью. Баку стал незаменимым звеном.
Тем не менее главный барьер – не технологии и не деньги. Главный барьер – западная нерешительность.
Особенно это касается США, которые продолжают рассуждать о снижении зависимости от Китая, устойчивых цепочках поставок и энергетическом диверсифицировании – но при этом игнорируют регион, способный дать реальные результаты по всем трём направлениям одновременно. Это противоречие становится всё более очевидным и всё менее оправданным.
Средний коридор – это не проект будущего. Это стратегическая артерия, которая уже функционирует. И в предстоящем десятилетии страны, которые вовремя сделают на неё ставку, определят контуры нового евразийского пространства – торгового, политического и технологического. Те же, кто будет колебаться, – прежде всего США, – рискуют наблюдать со стороны, пока другие переформатируют карту.
Азербайджан понял это раньше всех. Европа начинает понимать сейчас.
Вашингтон не может позволить себе быть последним, кто проснётся.