Вести Баку
В этой истории не было бы ничего, кроме дождя и зонта, если бы не реакция системы. Иногда общество получает идеально чистый рентген власти.
Без расследований, без утечек, без разоблачений.
Один короткий эпизод – и всё видно насквозь.
С этого эпизода началась история, которая оказалась не про зонт, а про страх и кадровые решения.
Эпизод с зонтом – именно такой.
Пожилой человек, президент Академии наук Иса Хабиббейли, во время посещения Аллеи шехидов идёт под дождём. Погода тяжёлая: мокрый снег, ветер, холод. Рядом сотрудник держит зонт – и над собой, и над руководителем. Сцена настолько банальная, что в нормальной стране её даже никто не заметил бы.
И не должен был заметить.
За несколько дней до этого Ильхам Алиев в похожей ситуации нёс зонт сам. Кадры разошлись.
Кому-то показалось символично. Кому-то – просто красиво. На этом история должна была закончиться.
Но она только началась.
Пара второсортных журналистов решила сыграть в «сравнение»:
президент – сам,
академик – с зонтом над головой.
Из воздуха слепили обвинение: мол, зазнался, оторвался, привык к прислуге. Абсурд, не стоящий ни строчки, ни секунды внимания человека с минимальным чувством собственного достоинства.
И вот здесь начинается главное.
Взрослый мужчина.
Академик.
76 лет.
Глава высшего научного учреждения страны.
Вместо того чтобы проигнорировать чушь, он её испугался.
Испугался настолько, что, по информации, распространённой рядом ресурсов, решил срочно снять с себя ответственность. Объявить, что он никого не просил. Что сотрудник сам проявил инициативу. И – убрать этого человека с должности, фактически сделав его крайним.
Не наказать за проступок – проступка не было.
Не объяснить ситуацию – объяснять было нечего.
А показательно отодвинуть подальше, чтобы всем было ясно: если что – отвечать будешь ты, не я.
Это уже не фарс.
Это диагноз.
Потому что в этот момент стало очевидно: страх за своё место оказался сильнее возраста, опыта и статуса.
Сильнее элементарной человеческой порядочности.
Сильнее понимания того, какой сигнал ты посылаешь окружающим.
Человек, у которого «одна нога в могиле», как любят говорить в таких случаях, цепляется за кресло так, будто впереди ещё сто лет карьеры. И ради этого кресла он без колебаний приносит в жертву подчинённого.
Вот это и есть настоящая история.
Не про зонт.
Не про дождь.
Не про сравнение с президентом.
Это история про панический страх быть не так понятым сверху.
Про вечное желание доказать: «Я ни при чём, я не такой, я правильный».
Про систему, в которой даже академик мыслит как мелкий чиновник районного уровня.
И в этом смысле прав известный журналист Гамид Гамидов, когда говорит, что после этого бессмысленно читать лекции молодёжи про ответственность, смелость и инициативу.
Бессмысленно удивляться, почему люди молчат, прячутся, не высовываются.
Им всё показали наглядно.
Если ты близко – ты виноват.
Если ты проявил внимание – ты крайний.
Если начальнику страшно – он сдаст тебя первым.
И когда мы в очередной раз услышим, что «молодёжь не та», стоит вспомнить этот зонт.
Потому что молодёжь смотрит не на лозунги, а на поступки.
А поступок был предельно ясен.