Вести Баку
Переговоры между США и Иран в Женеве всё больше напоминают последний раунд перед возможной эскалацией. Формально стороны продолжают говорить о дипломатии. Фактически – позиции остаются максимально жёсткими.
Что требует Вашингтон
По данным The Wall Street Journal, американская сторона выдвинула Тегерану пакет требований, который иранские представители считают неприемлемым:
Полная ликвидация трёх ключевых ядерных объектов – Фордо, Натанз и Исфахан
Передача всего обогащённого урана Соединённым Штатам
Отсутствие поэтапного механизма снятия санкций
Постоянный режим «нулевого обогащения»
Минимальное ослабление санкций на старте и более значительное – только при строгом соблюдении условий
Иными словами, речь идёт не о заморозке программы, а о её демонтаже.
Позиция Тегерана
Иран настаивает на праве сохранять часть мощностей по обогащению урана для мирных целей. Тегеран также добивается существенного смягчения санкционного режима.
Иранские официальные лица подчёркивают, что страна не стремится к созданию ядерного оружия, ссылаясь на религиозный запрет. Однако уровень обогащения урана, достигший 60%, вызывает обеспокоенность на Западе: технологически это близко к оружейному порогу.
Дополнительный фактор – баллистическая программа и поддержка прокси-группировок в регионе, от которых США также требуют отказа.
Общественное мнение внутри Ирана
По данным агентства Tasnim:
72% опрошенных отвергают прекращение разработки баллистических ракет даже при риске войны
69,5% считают, что страна способна выдержать военное столкновение с США
76,5% женщин уверены в способности Ирана противостоять внешнему давлению
Эти цифры демонстрируют высокий уровень мобилизационной риторики внутри страны и серьёзную поддержку жёсткой линии.
Почему времени всё меньше
Администрация Дональда Трампа, по оценкам экспертов, стремится быстро закрыть иранский вопрос – в том числе на фоне более широкой геополитической конфигурации, связанной с Китаем и Ближним Востоком.
Одновременно масштабная военная концентрация в регионе создаёт риск не только преднамеренной операции, но и случайной эскалации.
Большинство аналитиков сходятся в одном: если и произойдёт удар, то, скорее всего, речь пойдёт о точечных воздушных операциях против ядерной инфраструктуры и ракетных объектов, а не о полномасштабном наземном вторжении.
Однако даже ограниченный удар может привести к ответным действиям – через ракетные удары, прокси-структуры или удары по энергетической инфраструктуре региона.
На каком этапе отношения сейчас?
Формально – дипломатия продолжается.
Фактически – стороны находятся в стадии жёсткого давления и демонстрации силы.
Переговоры в Женеве всё чаще называют «последним шансом». Если компромисс по формуле «контролируемое обогащение в обмен на частичное снятие санкций» найден не будет, сценарий ограниченной военной эскалации становится всё более вероятным.
Пока же ситуация балансирует между переговорами и обратным отсчётом.