Вести Баку
Проблему ранних браков в Азербайджане – особенно в регионах, прилегающих к южным границам страны – уже невозможно рассматривать как частный семейный выбор.
Речь идёт о системном социальном явлении, порождённом бедностью, провалом образовательных институтов и фактическим отсутствием правового контроля.
Ранние браки сегодня калечат судьбы тысяч девочек, а завтра оборачиваются для страны глубокими социальными, демографическими и даже угрозами безопасности.
География бедности и отказа от будущего
Наблюдения последних лет показывают: распространение ранних браков не носит случайный характер. Они концентрируются в регионах с низким уровнем экономического развития, высокой безработицей и слабыми социальными услугами.
В этих условиях образование для девочек перестаёт восприниматься как путь к будущему, а в глазах семьи превращается в «избыточную нагрузку».
Ранний брак подаётся как решение проблемы, хотя на самом деле он лишь перекладывает её на следующее поколение.
Цифры, которые не попадают в официальную статистику
Анализ неофициальных и международных отчётов за последние три года указывает на тревожную динамику.
Если в 2022 году число девочек, находившихся в зоне риска раннего брака, оценивалось примерно в 4 тысячи, то в 2023 году – уже около 4,5 тысячи. В 2024 году, на фоне роста экономического давления и ослабления социального контроля в регионах, ситуация заметно ухудшилась.
Официальная статистика не отражает реальных масштабов проблемы: значительная часть таких браков оформляется неформально или вовсе не регистрируется.
Селективные аборты и ранние браки – одна система мышления
Ранние браки напрямую связаны с практикой селективных абортов. Азербайджан на протяжении многих лет входит в число стран с одним из самых высоких показателей гендерного дисбаланса при рождении.
По данным последних лет, на 100 девочек приходится 113–116 мальчиков – показатель, не имеющий биологического объяснения.
Это результат системной дискриминации: девочка становится «нежелательной» ещё до рождения, а после – воспринимается как бремя, от которого стремятся избавиться через ранний брак.
Селективные аборты и ранние браки – две стадии одного и того же мировоззрения.
Прямая дорога к торговле людьми
Одним из самых опасных последствий этой практики является рост риска торговли людьми. Девочки, вырванные из системы образования, не обладающие правовыми знаниями и подвергающиеся бытовому насилию, становятся наиболее уязвимой группой – в теневом рынке труда, принудительной занятости и трансграничной эксплуатации.
Международный опыт однозначен: в странах, где широко распространены ранние браки, параллельно растут масштабы торговли женщинами и детьми. Азербайджан рискует перейти из транзитной категории в страну-источник.
Цена – жизни матерей и детей
Ещё одно тяжёлое последствие – рост материнской и младенческой смертности. Медицинская статистика показывает: у матерей младше 18 лет существенно выше риски осложнений беременности, тяжёлых родов и потери новорождённых.
В регионах значительная часть случаев материнской и детской смертности напрямую связана с ранними беременностями. Это уже не вопрос медицины – это результат социальной и правовой безответственности.
Почему общество молчит
Одна из ключевых причин устойчивости проблемы – отсутствие жёсткого общественного неприятия. Ранние браки по-прежнему маскируются под «семейное дело», «традицию» или «вопрос чести».
Девочка в этой логике – не субъект защиты, а социальная нагрузка. Пока это восприятие не изменится, ни одна просветительская кампания не даст устойчивого эффекта.
Государство и зона институциональной ответственности
И, наконец, верхнее звено этой цепи – государство. Если родители, продающие судьбу собственных детей, являются исполнителями, то структуры, которые закрывают глаза, создают условия и обеспечивают безнаказанность, несут политическую и юридическую ответственность.
Законы против ранних браков существуют. Но если нет исполнения, это уже не правовой пробел – это институциональная халатность.
Коррупционные практики в местных органах власти, «снижение» брачного возраста за взятки, молчание школ и социальных служб, выборочная активность правоохранительных органов – всё это превращает ранние браки в зону риска, фактически выведенную из-под государственного контроля.
Государство не может снять с себя эту ответственность.
Потому что рост ранних браков означает не только социальный и демографический кризис. Это утрата человеческого капитала, рост угрозы торговли людьми и ослабление будущего экономического развития страны.
Закрывать на это глаза – не нейтралитет. Это молчаливое согласие. А молчаливое согласие – тоже форма ответственности.