Вести Баку
Председатель партии REAL Натиг Джафарли опубликовал в Facebook серию тезисов о происходящем вокруг Ирана. Политик рассматривает ситуацию через призму международного права, внутренней трансформации системы и возможных региональных последствий.
О международном праве
По мнению Джафарли, операция против Ирана не имеет отношения к нормам международного права.
«Юридической основы у неё нет», – считает он.
Он также убеждён, что тема ядерной программы используется скорее как инструмент легитимации действий, тогда как реальной целью является изменение системы.
Когда всё началось
Джафарли считает, что процесс начался не вчера.
По его оценке, отправной точкой стала ликвидация Касема Сулеймани около восьми лет назад. Сначала, по его мнению, шло ослабление Ирана в регионе: нейтрализация или существенное ослабление прокси-структур в Сирии, Ливане, Ираке и Йемене. И только после этого давление сместилось внутрь страны.
Внутренний ресурс системы
Отвечая на вопрос, смогла бы система выжить без внешнего вмешательства, Джафарли отвечает отрицательно.
Он считает, что главная проблема – сама модель управления, экономические и социальные трудности, а также запрос молодого поколения на изменения. Внешний фактор лишь ускорил уже существующие процессы.
Возможна ли быстрая смена режима?
По мнению политика, мгновенного краха системы ожидать не стоит.
Он сравнивает нынешний Иран с СССР образца 1986 года – периодом, когда перемены стали неизбежными, но происходили постепенно.
«Иран уже изменился. Просто легитимизация этих изменений потребует времени», – отмечает он.
Роль элит
Джафарли предполагает, что без участия части иранских элит недавняя операция была бы невозможна.
По его мнению, в стране могли вестись «тихие переговоры», и часть элиты готова взять на себя ответственность за переходный период, устранив тех, кто мешал возможным договорённостям.
Риск распада
Отвечая на вопрос о возможной фрагментации страны, Джафарли выражает надежду, что процессы пройдут без гражданской войны.
«Хаос в южной соседней стране, где живут миллионы наших соотечественников, – худший сценарий», – подчёркивает он.
Он напоминает, что исторически Иран управлялся либо монархией, либо теократией. После свержения шаха институт Верховного лидера, по его словам, получил даже более широкие полномочия, чем монархия – изменилась форма, но не сущность власти.
При этом, считает Джафарли, в стране отсутствует объединяющая общенациональная идея. Если прежняя «умматная» идеология ослабнет, на первый план может выйти этнический национализм.
Экономическое окно возможностей
В случае открытия Ирана и его интеграции в мировую экономику страна, по мнению политика, может быстро стать привлекательной для инвестиций.
Это создаст серьёзные экономические возможности и для Азербайджана.
Кто может обеспечить легитимность?
Джафарли считает, что на сегодняшний день единственным лидером с электоральной легитимностью является Масуд Пезешкиан.
Он допускает мягкий переход под его руководством. При этом часть элиты, по его мнению, недовольна чрезмерной ролью военизированных структур в экономике и политике и заинтересована в расширении полномочий гражданских институтов.
В краткосрочной перспективе название системы может сохраниться, однако её содержание будет меняться. Даже новые гражданские лидеры, по мнению Джафарли, могут временно сохранять жёсткую риторику в адрес США и Запада – но уже в рамках более сложной договорённой конфигурации.