Антон Чаблин, доктор политических наук, руководитель аналитического центра «Accents»
Администрация Байдена — после возвращения Дональда Трампа в Белый дом перезапущенная — с помпой продвигает «Trump Route for International Peace and Prosperity» (TRIPP, «Трамп-маршрут ради международного мира и процветания»), транзитный коридор, призванный соединить Азербайджан и Армению с Турцией.
Параллельно Анкара начала строительство железной дороги Карс – Дилуджу, которая должна закрепить западную оконечность этого маршрута и напрямую связать его с Анатолией. Вместе эти два проекта символизируют амбиции переформатировать евразийскую логистику и сделать Южный Кавказ ключевым узлом Нового шёлкового пути. Однако сам коридор, часто называемый Зангезурским, остаётся погружённым в геополитическую и геоэкономическую неопределённость.
Долгая и трудная история
Идея восходит к советским временам, когда железная дорога Зангелан – Нахичевань проходила через армянский Сюник. Она была разобрана после начала Первой карабахской войны в 1992 году, в результате чего эксклав Нахичевань оказался отрезан от основной территории Азербайджана. С тех пор восстановление прямой связи стало ключевой стратегической целью Баку.
После войны 2020 года российское посредничество закрепило прекращение огня с визией переоткрытия региональных транспортных путей. Однако Ереван сопротивлялся, опасаясь утраты суверенитета в Сюнике, и выражал тревогу по поводу проектов, таких как предлагаемая «Республика Гегаркуник – Сюник», обсуждавшаяся азербайджанскими активистами.
Азербайджан и Турция движутся вперёд
Баку продвигается независимо от возражений. Строительство железной дороги Хорадиз – Агбенд завершено почти на две трети; параллельно возводится новая автотрасса, во многом финансируемая и строящаяся турецкими компаниями. Анкара, со своей стороны, инвестирует 2,8 млрд долларов в линию Карс – Дилуджу, которая, как ожидается, сократит время в пути и создаст до 10 000 рабочих мест в восточной Турции. Турецкие лидеры называют проект «мостом между Азией и Европой».
Вместе эти восточно-западные «подходы» образовали бы каркас TRIPP. Но без открытого коридора через Армению они рискуют превратиться в инфраструктуру, не выполняющую изначальной функции.
Конкурирующие маршруты и региональное сопротивление
Армения выдвинула идею возродить железную дорогу Иджеван – Газах — северную альтернативу, которая полностью обойдёт Сюник и вновь свяжется с российскими железными дорогами через Ереван. У Ирана — собственная концепция: оживить Арасский коридор через его провинцию Восточный Азербайджан, чтобы получить долю в восточно-западных потоках. И Ереван, и Тегеран смотрят на Зангезур с подозрением: для Армении это давление на суверенитет, для Ирана — риск изоляции.
Нервозность Ирана — не новость. В 2021 году обострилась напряжённость, когда азербайджанские посты на трассе Горис – Капан ограничивали движение иранских дальнобойщиков. Теперь Тегеран описывает TRIPP как поддерживаемую США попытку отрезать его от Кавказа и ужесточить санкции.
Ставка Вашингтона
Американский план предусматривает 99-летнюю аренду частному консорциуму из США на управление инфраструктурой коридора на территории Армении. Хотя Вашингтон не обещал гарантий безопасности, символизм долгосрочного присутствия США уже вызвал тревогу в Москве и Тегеране: там видят в этом прямой вызов своему региональному влиянию.
Для Еревана дилемма очевидна. Премьер-министр Никол Пашинян заверил Иран, что Армения сохранит полный суверенитет над любым коридором — с собственными таможенными и пограничными процедурами. Баку, напротив, представляет себе беспрепятственный коридор в Нахичевань без армянского контроля. Единственный возможный компромисс — транзитные сборы, уплачиваемые Азербайджаном, — может политически не устроить обе стороны.
Политические сроки
В конечном счёте судьба коридора зависит от пока не ратифицированного мирного договора между Арменией и Азербайджаном. Текст был парафирован в Вашингтоне, но натолкнулся на препоны: Баку требует конституционных поправок, исключающих любые упоминания Нагорного Карабаха, тогда как Пашинян, опасаясь внутренней реакции, может тянуть до выборов 2026 года. Если победит оппозиция, сделка и вовсе может рассыпаться.
До тех пор Зангезурский коридор — и видение TRIPP — остаются скорее риторикой, чем реальностью.