По всему миру краны поднимают сталь и строят небоскрёбы. В Иране они поднимают человеческие тела. То, что в других странах является символом прогресса, в Тегеране становится символом смерти: казни совершаются с механической точностью.
Правозащитные организации предупреждают: Иран бьёт рекорды по числу смертных приговоров, невиданные за последнее десятилетие. Лишь за один месяц этого года было казнено почти 200 человек — среди них 21 женщина. Три казни были проведены на площадях, и детей заставляли наблюдать за зрелищем.
ООН сообщила о более чем 900 казнях в 2024 году. Если тенденция сохранится, нынешний год превысит этот мрачный показатель. Власти называют такие преступления, как убийство, наркоторговля или сексуальное насилие. Но правозащитники, включая Amnesty International, подчеркивают, что многие приговоры выносятся после показательных процессов, под давлением признаний и с нарушением норм международного права.
Всплеск казней совпал с волнами протестов, что свидетельствует: смертная казнь используется не только как наказание, но и как оружие политического контроля. Чтобы подавить инакомыслие, режим полагается на страх — но страх также подпитывает ярость. Как отмечают наблюдатели, народный гнев подобен потоку: никакая стена или дамба не сможет удерживать его вечно.
Жестокость не нова. В 1980-х массовые казни при духовной власти принесли Ибрахиму Раиси прозвище «Мясник». Спустя десятилетия, уже в должности президента, Раиси курировал новую волну смертных приговоров вплоть до своей гибели в авиакатастрофе в 2024 году. Однако оставленная им машина продолжает работать.
В довершение ко всему Amnesty International сообщила, что власти Тегерана начали сносить бульдозерами могилы политзаключённых, казнённых в 1980-х, а части кладбища Бехешт Захра превращать в автобусные остановки — стирая доказательства государственных преступлений.
Сегодняшний рекордный темп казней поднимает жуткий вопрос: если Иран хоронит прошлое под асфальтом, как он скроет трагедии настоящего?
Bizim.Media