В современном Азербайджане достоинство имеет цену. Рождение ребёнка, свадьба, похороны — каждый шаг воспринимается не как семейная веха, а как очередное финансовое бремя. Слишком часто семьи празднуют в долгах и скорбят в долгах, а банки и кредиторы молча присутствуют за столом. Проблема уже не только в культурной гордости; она превратилась в системный цикл. Больницы требуют оплаты, свадьбы становятся соревнованиями, а похороны — призванные почтить память умершего — лишают семьи сбережений. Даже последнее пристанище продаётся в рассрочку: кладбищенские участки и надгробия по завышенным ценам загоняют скорбящих родственников в новый виток кредитов.
Как отмечают журналисты-исследователи, стремление к роскоши дошло даже до надгробий, где мрамор и украшения вытеснили скромность. По словам президента Международного евразийского пресс-фонда Умуда Мирзаева, поминальные трапезы в бакинской мечети Таза Пир стоят значительно дороже, чем в других районах столицы. В регионах, таких как Нахичевань или Карабах, культура простоты всё ещё сохраняется. В Баку же царит показуха.
Государство, между тем, смотрит в сторону. Призывы к надзору и регулированию — будь то стандартизация надгробий, ограничение стоимости похоронных услуг или создание доступных общественных пространств — остаются без ответа. Религиозные учреждения также извлекают выгоду из статус-кво, где скорбь стала прибыльной.
Речь идёт не только о традиции. Речь идёт об эксплуатации социального давления, когда семьи боятся позора больше, чем банкротства. Молодая пара женится в кредит. Родители хоронят близких на занятые деньги. Общество, связывающее честь с показухой, а не с содержанием, порождает должников, а не достоинство.
Разорвать этот цикл требует мужества — от политиков, готовых регулировать, от сообществ, готовых сказать «хватит», и от семей, достаточно смелых, чтобы выбрать скромность вместо показухи. До тех пор азербайджанцы будут продолжать жить — и умирать — с кредиторами, ожидающими у двери.