Редакция Вести Баку
В Брюсселе, похоже, снова решили нарисовать Южный Кавказ так, как им удобно. Армения представляется витриной европейского успеха, Россия – проигравшей стороной, а Азербайджан – страной, которую вроде бы можно учитывать на картах, но не обязательно слышать за столом переговоров.
Такой подход выглядит эффектно в европейских пресс-релизах. Но в реальной политике он не работает.
Да, визит высокопоставленной делегации ЕС в Армению можно подать как политический сигнал: Европа здесь, Пашинян не один, курс Еревана на сближение с Западом поддерживается. Для армянского премьера это, безусловно, важная картинка. Для Брюсселя – возможность заявить, что он отвоевывает влияние у Москвы.
Но вопрос в другом: действительно ли Россия уже проиграла Армению? Ответ куда сложнее, чем хотелось бы европейским оптимистам.
Москва потеряла монополию на влияние в регионе. Это факт. После 2020 года Южный Кавказ изменился. Россия уже не единственный центр силы, который может диктовать правила. Но потеря монополии – это не потеря влияния.
В Армении у России остаются политические, экономические, инфраструктурные и психологические рычаги. Пророссийская оппозиция показала, что списывать этот фактор рано. Членство Армении в ОДКБ тоже никуда формально не исчезло.
Поэтому разговор о “победе ЕС над Россией” пока больше похож на медийный лозунг, чем на стратегический итог.
Ещё более странно выглядит другая часть европейской активности – разговоры о транспортной связанности, Global Gateway и Транскаспийском коридоре. Брюссель говорит о маршрутах из Европы в Центральную Азию через Черное море, Южный Кавказ и Каспий. Говорит о миллиардах евро, надежных торговых путях, доступе к рынкам и ресурсам.
Но здесь есть простой вопрос: как можно всерьёз обсуждать Транскаспийский маршрут без Азербайджана?
Можно повесить флаг Азербайджана на фоне мероприятия. Можно нарисовать красивые карты. Можно произнести правильные слова о коридорах и взаимосвязанности. Но географию обмануть нельзя. Потоки из Центральной Азии в Европу в южнокавказском направлении упираются в Баку. Без Азербайджана этот коридор превращается в презентацию без дороги.
Именно поэтому раздражение Баку понять нетрудно. Европейский Союз хочет пользоваться инфраструктурой, которую Азербайджан строил годами, часто вопреки скепсису извне. Но когда речь заходит о политическом уважении, прямых инвестициях, восстановлении освобожденных территорий или честном признании роли Баку, тон Брюсселя становится куда менее щедрым.
Азербайджан нужен Европе для энергетики. Нужен для логистики. Нужен для доступа к Центральной Азии. Нужен для баланса в регионе. Но при этом часть европейских институтов продолжает говорить с Баку языком резолюций, давления и политической назидательности.
Так не бывает.
Если ЕС хочет быть реальным игроком на Южном Кавказе, ему придется выйти из режима моральных лекций и перейти к режиму инфраструктурной логики. Коридоры строятся не декларациями. Они строятся портами, железными дорогами, таможенными процедурами, инвестициями, безопасностью и доверием.
А доверие не появляется там, где одну страну региона демонстративно поддерживают, а другую пытаются воспринимать как технический участок маршрута.
У Брюсселя есть право укреплять отношения с Ереваном. У Армении есть право искать новые внешнеполитические опоры.
Но если эта политика строится на иллюзии, что Азербайджан можно обойти или поставить перед фактом, то она обречена на провал.
Главные решения в регионе сегодня принимаются не в кабинетах евробюрократии. Их формируют Баку, Анкара, Тбилиси и региональные реалии. ЕС может быть важным партнером. Но он не станет архитектором Южного Кавказа, если будет игнорировать несущие стены этой архитектуры.
Россия в Армении еще не проиграла окончательно. Евросоюз в Армении еще не победил окончательно. А Азербайджан точно не та страна, которую можно просто нарисовать на карте и не пригласить к разговору.
Южный Кавказ уже не живет по старым правилам. И чем быстрее это поймут в Брюсселе, тем меньше будет красивых, но пустых саммитов.
Вести Баку