С момента появления в повестке Южного Кавказа Зангезурский коридор — транспортная артерия, соединяющая основную часть Азербайджана с Нахичеванской автономной республикой через территорию Армении — стал одним из главных раздражителей в отношениях Тегерана и Баку.
Официально Иран заявляет, что проект “нарушит суверенитет и территориальную целостность Армении”, представляя себя защитником Еревана. На деле же недовольство Тегерана связано с опасениями потерять транзитное значение и снизить ценность существующих маршрутов через Армению — своего коридора в Россию и Европу.
Теперь же противодействие Ирана привело к ещё худшему для него результату. Согласно трёхстороннему заявлению от 10 ноября 2020 года, безопасность коридора должна была обеспечивать Россия. Но подписанное 8 августа в Вашингтоне соглашение предусматривает, что эксплуатацией займётся американская компания — для иранских радикалов это геополитический кошмар.
Не все в Иране считают коридор угрозой. Президент Масуд Пезешкиян и глава МИД Аббас Арагчи заявили, что обеспокоенность в сфере безопасности была снята. Арагчи напомнил о совместном заявлении Армении и Азербайджана, закрепляющем три принципа: уважение суверенитета, территориальной целостности и отказ от изменения границ — полностью совпадающие с официальной позицией Ирана.
В Москве этот шаг вызвал негативную реакцию: его расценивают как попытку вытеснить Россию с Южного Кавказа и создать предпосылки для присутствия НАТО.
“Маршрут Трампа” меняет карту
Депутат и политолог Расим Мусабеков заявил, что реакция Ирана и России была предсказуема: “Новая геополитическая конфигурация Южного Кавказа формируется через Зангезурский коридор, теперь связанный с именем президента Трампа — TRIPP, ‘Trump Route for International Peace and Prosperity’.”
Монополию Ирана и России в регионе разрушило активное участие Турции, а теперь в игру вступили и США — вызов для обоих игроков.
Борьба за власть в Тегеране
По словам Мусабекова, жёсткое неприятие исходит в основном от консервативного окружения верховного лидера Али Хаменеи, прежде всего от Корпуса стражей исламской революции (КСИР), традиционно придерживающегося антиазербайджанской и антиамериканской позиции. Однако спор отражает и более глубокую борьбу за власть в стране накануне неизбежной смены лидера.
Пока советник Хаменеи Али Акбар Велаяти и КСИР остаются на конфронтационной линии, Пезешкиян, по сообщениям, заручился поддержкой влиятельной семьи Лариджани, имеющей вес в парламенте, судебной системе и силовых структурах. Этот блок может стать противовесом консерваторам.
Россия подыгрывает — пока что
По словам Мусабекова, Россия была вынуждена публично похвалить вашингтонские переговоры. Представитель МИД Мария Захарова представила соглашение как продолжение предыдущих посреднических усилий Москвы — дипломатическая необходимость перед запланированной встречей Путина и Трампа на Аляске. Однако факт, что сделка была заключена в Вашингтоне без участия России, снижает её рычаги влияния.
Стратегический баланс Азербайджана
Мусабеков отметил, что проект не представляет особой сложности: значительная часть инфраструктуры уже существует и требует лишь восстановления. Он сравнил завершённый Азербайджаном мост через реку Араз в Джульфе с задержками Ирана в Агбенде и предложил Тегерану заняться конкурентными транзитными условиями вместо пустых угроз.
“Баку будет самостоятельно углублять партнёрство с США, укреплять союз с Турцией и расширять стратегическое сотрудничество с Китаем — чтобы обеспечить суверенитет Азербайджана и других стран региона, а не жертвовать им ради геополитических амбиций Москвы или Тегерана.”