На пресс-конференции в четверг премьер-министр Армении Никол Пашинян заявил, что мир является «необратимым» и назвал его определяющей миссией своего правительства. Представляя мир как стратегический приоритет и неизменное будущее Армении, он утверждал, что новые транзитные маршруты, региональная интеграция и инвестиционные проекты — особенно так называемый «Трамп-маршрут» — закладывают основу долгосрочной безопасности и развития.
Мир как стратегия — и конституционный тупик
С азербайджанской точки зрения, мир рассматривается как неизбежный результат регионального соперничества, хотя и сдерживаемый сохраняющимися напряжённостями. Аналитики в Баку отмечают, что внутренняя нестабильность и конституционные ограничения Армении замедляют любой подлинный прогресс.
Главным препятствием остаётся армянская конституция, в которой до сих пор закреплены территориальные претензии. Без внесения поправок в эти положения, утверждают азербайджанские эксперты, любой мирный договор будет юридически хрупким и уязвимым для пересмотра будущими правительствами в Ереване.
Трёхстороннее заявление 2020 года — ещё не устарело
Пашинян неоднократно заявлял, что трёхстороннее заявление от 9 ноября 2020 года, завершившее Вторую Карабахскую войну, «больше не имеет значения». Однако для Азербайджана соглашение остаётся обязательным — особенно пункт, обязывающий Армению открыть транспортные коммуникации между материковым Азербайджаном и Нахичеванью. Баку предупреждает, что попытки «отказаться» от соглашения 2020 года на самом деле являются попытками уклониться от этого письменного обязательства.
Коридор TRIPP: возможность и давление
Коридор «Trump Route for International Peace and Prosperity» (TRIPP) через южную Армению, который должен соединить Азербайджан с Нахичеванью, стал ключевой темой дискуссий. Проект, поддержанный США и предоставляющий право на его развитие сроком на 99 лет, способен радикально изменить баланс сил в регионе.
Сторонники рассматривают его как инструмент для снижения влияния России и Ирана, укрепления связей с Турцией и Центральной Азией и перестройки экономики Южного Кавказа. Но он несёт и риски: Тегеран выразил недовольство, хотя президент Масуд Пезешкиан и министр иностранных дел заверили, что суверенитет и коммуникации Ирана не находятся под угрозой. В самой Армении оппозиционные партии, церковь и диаспора относятся к проекту с глубоким скепсисом.
Вызов критикам и элитам
Пашинян занял оборонительную позицию в ответ на комментарии бывшего замгоссекретаря США Джеймса О’Брайена, который после переговоров в Вашингтоне предупредил о «уязвимости» Армении. Премьер-министр возразил, что Армения находится в «наименее уязвимом состоянии за всю современную историю», обвинив О’Брайена в попытке отвлечь внимание от собственных неудач.
Внутри страны Пашинян обострил противостояние с Католикосом Гарегином II, потребовав его отставки и обвинив главу церкви в нарушении целибата и участии в политике. Кроме того, он назвал бывшего президента Сержа Саргсяна угрозой национальной безопасности, подчеркнув тем самым свою более широкую кампанию по ослаблению старого политического и религиозного истеблишмента.
Между Европой и Евразией
Во внешней политике Пашинян открыто признал, что членство в Европейском союзе и в возглавляемом Россией Евразийском экономическом союзе несовместимы. Избегая жёстких обязательств, он подчеркнул, что Армения продолжит внедрять европейские стандарты даже без формального присоединения — сигнализируя о долгосрочном стратегическом дрейфе на Запад и отходе от Москвы.
Смена ориентации
Брифинг 28 августа подчеркнул решительный разворот: Армения стремится к более тесному сотрудничеству с западными державами, переопределяет свой внутренний порядок и заявляет о независимости от традиционных сфер влияния. Пашинян настаивает, что мир необратим, — но для Азербайджана настоящий мир потребует конституционных изменений в Ереване и выполнения письменных обязательств, особенно по Зангезурскому коридору.