Конфликт между Израилем и Сирией является одним из определяющих факторов ближневосточной нестабильности. Недавние военные удары Тель-Авива по Дамаску чуть было не подвели регион к еще одной большой войне. Эпицентром эскалации стала сирийская провинция Эс-Сувейда, которую захлестнули вооруженные столкновения между бедуинами и друзами. Впрочем, этот конфликт, как минимум географически, связан с гораздо более длительным и весомым раздражителем сирийско-израильского противостояния – Голанскими высотами, к юго-востоку от которых и находится Эс-Сувейда.
Очередной виток напряженности вокруг Голанских высот стал развертываться после свержения режима Башара Асада и прихода к власти в Сирии исламистского правительства во главе с Ахмедом аш-Шараа, объявленного президентом на переходный период. Израиль посчитал этот момент весьма удобным для введения своих войск в демилитаризованную зону в декабре 2024 года. Несмотря на осуждение этого шага со стороны ООН, расценившей его как нарушение соглашения от 1974 года, еврейское государство расширило контроль над буферной зоной, примыкающей к оккупированным Голанским высотам. В итоге войска еврейского государства приблизились к Дамаску на расстояние до 20 км, а в орбите его непосредственного влияния оказались и весьма лояльные Тель-Авиву друзы, проживающие как на Голанских высотах, так и в соседствующей с ними провинции Эс-Сувейда.
Нынешнюю сирийско-израильскую эскалацию, спровоцированную ожесточенными столкновениями между союзом бедуинских арабов, выступающих одной из опор новой власти в Сирии, и ополчениями друзов, которых, ссылаясь на угрозу для их безопасности со стороны исламистского правительства, открыто поддержал Израиль, удалось пресечь в результате договоренности о прекращении огня. Движение к большой войне удалось приостановить. Но получит ли режим прекращения огня постоянный характер?
США, сыгравшие немаловажную роль в достижении соглашения о прекращении огня, дали понять, что оно ограничено непосредственно рамками конфликта в Эс-Сувейде и не затрагивает широкие вопросы сирийско-израильского урегулирования. Это подтвердило необходимость проведения более масштабных переговоров с целью разрешения проблем, составляющих основу конфликта между Дамаском и Тель-Авивом.
Решающим фактором выступает то, что и Сирия, и Израиль выражают готовность разрешить конфликт. Ключевой же площадкой сирийско-израильского переговорного процесса стал Баку. Именно в столице Азербайджана 12 июля состоялась первая после смены власти в Сирии встреча сирийских и израильских представителей. Она прошла «на полях» визита временного президента Сирии Ахмеда аш-Шараа в Азербайджан. Факт проведения этих переговоров подтвердил помощник Президента Азербайджана Хикмет Гаджиев, заявивший о том, что встреча в Баку была направлена на снижение напряженности между Сирией и Израилем. А Азербайджан готов стать мостом между ними, поскольку «имеет хорошие отношения со всеми странами региона».
Затем, 25 июля, состоялись переговоры в Париже. В них при посредничестве спецпредставителя США по Сирии, американского посла в Турции Тома Баррака приняли участие министр стратегического планирования Израиля Рон Дермер и глава МИД переходного правительства Сирии Асад аш-Шейбани. Хотя на парижской встрече и не были достигнуты прорывные результаты, сама она указала на то, что сирийско-израильские переговоры получили определенную динамику. Ее подтвердила и информация о проведении 31 июля еще одной встречи министров Израиля и Сирии – Дермера и аш-Шейбани – в Баку. Из чего следует, что Азербайджан выполняет уникальную дипломатическую миссию, базирующуюся на его растущем стратегическом весе в международных делах, в том числе и ближневосточной политике. К слову сказать, свидетельством этого является также и представляемая Баку площадка для ведения переговоров между Турцией и Израилем – ближайшими стратегическим союзником и стратегическим партнером Азербайджана.
Азербайджан укрепляет отношения с новой, постасадовской Сирией, всемерную поддержку которой оказывает Турция. Баку и Анкара ратуют за обеспечение суверенитета и территориальной целостности Сирии, а потому отвергают любые провокации, направленные на разжигание межконфессиональной и межэтнической розни, угрожающей укреплению единого сирийского государства. Кроме того, Баку расширяет экономическое сотрудничество с Дамаском, а соглашение о поставках азербайджанского газа в Сирию закрепляет за Азербайджаном позиции одного из ключевых факторов ближневосточной энергетики.
Данный фактор стабильно выражается и в азербайджано-израильском сотрудничестве в нефтегазовой сфере. В результате складывается многообещающая перспектива энергетического сотрудничества Азербайджана с Турцией, Израилем и Сирией. В связи с чем израильская газета Globes утверждает, что «если со временем удастся достичь такого состояния, когда все региональные газовые инфраструктуры будут соединены между собой через Сирию, то все стороны выиграют, а Азербайджан извлечет наибольшую выгоду».
Политические и экономические факторы стратегического значения обеспечивают Азербайджану роль неоценимого участника потенциально возможного сирийско-израильского урегулирования. В чем заинтересованы и пытающаяся подняться после многолетней разрушительной гражданской войны Сирия, и стремящийся нивелировать все угрозы для собственной безопасности Израиль. Согласно аналитическим выкладкам израильского Института исследования информационных войн, «Баку становится не просто площадкой, а важным политико-экономическим связующим звеном», поскольку «участие Азербайджана позволяет сторонам говорить о безопасности, экономике и суверенитете – без взаимных угроз и ультиматумов».
Таким образом, в условиях масштабных геополитических процессов на Ближнем Востоке Азербайджан превращается в мост между тремя в стратегическом отношении наиболее значимыми региональными фигурантами – Турцией, Сирией и Израилем. И это – еще один внушительный штрих, свидетельствующий об усилении позиций Азербайджана на международной арене.
Media.Az