Редакция Вести Баку
Россия привыкла смотреть на Южный Кавказ как на территорию, где последнее слово должно принадлежать Москве. Государства региона могли менять правительства, заявлять о суверенитете, налаживать отношения с Западом или Турцией, но Кремль по-прежнему считал, что в критический момент именно он определит пределы допустимого.
Азербайджан эту формулу сломал.
Баку не вступил ни в один военно-политический блок, не передал контроль над своей безопасностью внешнему покровителю и не позволил сформировать критическую зависимость от одной крупной державы.
Как точно выразился руководитель Центра исследований Южного Кавказа Фархад Мамедов, Азербайджан «не отдал никому конец веревки».
Именно поэтому сегодня разговаривать с Баку языком давления становится все труднее. Потянуть за веревку невозможно, потому что она не находится ни в Москве, ни в Брюсселе, ни в Вашингтоне, ни в Тегеране.
Армения на протяжении десятилетий действовала иначе. Ради сохранения оккупации азербайджанских территорий Ереван согласился на глубокую военную, экономическую и инфраструктурную зависимость от России. Сейчас армянское руководство пытается освободиться от этой зависимости, но рискует лишь передать тот же самый «конец веревки» другому внешнему центру.
Азербайджан предлагает региону иную модель: сотрудничество без подчинения, партнерство без вассалитета, открытые коммуникации без иностранных хозяев.
Три приглашения Москве
После войны 2020 года Баку фактически предложил России стать участником новой региональной реальности. Москва получила возможность содействовать мирному урегулированию, открытию коммуникаций и нормализации отношений между Азербайджаном и Арменией.
Это было первое приглашение.
Однако российская сторона попыталась растянуть переходный период и сохранить старые механизмы влияния. В Москве, судя по всему, рассчитывали, что неопределенность вокруг Карабаха позволит десятилетиями управлять отношениями между Баку и Ереваном.
Результат известен. В сентябре 2023 года Азербайджан самостоятельно восстановил конституционный порядок на всей своей территории. В 2024 году российский миротворческий контингент досрочно покинул Карабах.
Старая конструкция рухнула не потому, что Азербайджан начал борьбу против России. Она рухнула потому, что Россия отказалась вовремя признать необратимость новой реальности.
Второе приглашение прозвучало во время государственного визита Владимира Путина в Азербайджан в августе 2024 года. Баку показал, что готов выстраивать с Москвой полноценные, прагматичные и взаимовыгодные отношения.
Но катастрофа самолета AZAL и реакция российской стороны перечеркнули значительную часть накопленного доверия. Вопрос заключался уже не только в самой трагедии. Речь шла о готовности Москвы честно признать ответственность и относиться к Азербайджану как к равноправному государству, а не как к территории, которой можно предложить удобную версию событий.
Теперь Россия получает третье приглашение.
Формула предельно ясна: экономическое сотрудничество возможно, стратегическое взаимодействие возможно, взаимная выгода возможна. Но особых прав России в Азербайджане больше нет и не будет.
Москва должна отказаться от ожидания, что Баку будет согласовывать с ней внешнеполитические решения, ограничивать отношения с Украиной, Турцией, США или Европой и учитывать российские имперские комплексы.
Азербайджан не собирается угрожать России. В нынешних условиях одно это должно высоко цениться в Москве. Но отсутствие угрозы не означает готовности подчиняться.
Кремль все еще ищет старый выключатель
Проблема состоит в том, что российская политическая система продолжает искать в Баку тот самый выключатель, которым раньше управлялись государства постсоветского пространства.
Не случайно периодически возникают идеи открыть российское генконсульство в Ханкенди, вернуть закрытые структуры влияния или восстановить прежние гуманитарные механизмы.
Но возникает простой вопрос: почему Россия не пыталась открыть консульство в Ханкенди в 2021 или 2022 году, когда там находились российские миротворцы? Почему тогда Москва не демонстрировала столь подчеркнуто, что Ханкенди является частью Азербайджана?
Ответ очевиден. Старая политика строилась на сохранении двусмысленности.
Теперь двусмысленности больше нет. Карабахский вопрос закрыт. Территориальная целостность Азербайджана восстановлена. Российских миротворцев в стране нет. Возможность использовать армянский сепаратизм как рычаг давления исчезла.
Тем не менее часть российской элиты продолжает рассуждать так, будто прежние инструменты можно вернуть. Нельзя.
Москве придется переключить тот самый внутренний тумблер и принять простую реальность: Азербайджан не антироссийское государство, но и не российская зона влияния.
Регион учится жить без имперского арбитра
После десятилетий войн Южный Кавказ постепенно выходит из системы, в которой внешняя держава сталкивала государства друг с другом, а затем предлагала себя в качестве незаменимого посредника.
Азербайджан, Турция и Грузия уже создали основу альтернативной архитектуры. Их связывают энергетические проекты, транспортные маршруты, торговля и общий интерес к выходу через Каспий, Черное море и Турцию на мировые рынки.
К этой системе все активнее подключается Центральная Азия. Формируется пространство от Казахстана и Узбекистана через Азербайджан и Грузию к Турции и Европе.
Это не классический военно-политический блок. В этом и заключается его сила. Государства объединяются не вокруг общего хозяина, а вокруг совпадающих интересов.
Армения пока остается за пределами этой конструкции. Но мирный договор с Азербайджаном, нормализация с Турцией и открытие транспортных коммуникаций способны изменить ее положение.
Баку не требует от Еревана стать союзником Азербайджана. Он предлагает Армении перестать быть инструментом чужой политики и стать обычным региональным государством, заинтересованным в торговле, коммуникациях и стабильности.
То же предложение фактически адресовано и России.
Москва может участвовать в новой системе, но уже не в качестве надзирателя. Она может торговать, инвестировать, развивать транспортные связи и получать экономическую выгоду. Но определять, с кем Азербайджану дружить, какие маршруты открывать и какую позицию занимать по Украине, Россия больше не сможет.
Баку больше не просит разрешения
Главная перемена на Южном Кавказе заключается не в ослаблении одной державы или усилении другой.
Она заключается в том, что Азербайджан перестал просить разрешения.
Баку самостоятельно восстановил территориальную целостность, добился вывода иностранных военных, диверсифицировал энергетические и транспортные маршруты и сформировал отношения с крупными державами таким образом, чтобы ни одна из них не получила критического рычага давления.
Это и есть настоящий суверенитет. Не громкие речи и не формальное членство в международных организациях, а способность принимать решения внутри страны и последовательно проводить их в жизнь.
Москва может продолжать возмущаться заявлениями Ильхама Алиева, обсуждать «неблагодарность» Азербайджана и мечтать о возвращении прежнего влияния.
Но прежнего Южного Кавказа больше нет.
Баку не закрывает перед Россией дверь. Он лишь снимает с нее табличку «служебный вход для хозяина».
Теперь вход один для всех: через равноправие, уважение и взаимную выгоду.
Вести Баку