Редакция Вести Баку
Новое обострение стало результатом не одного эпизода, а углубляющегося стратегического расхождения двух столиц
В отношениях Азербайджана и России обозначился новый виток напряженности. Единственного события, которое можно было бы назвать его непосредственным поводом, нет.
Нынешняя эскалация складывается из нескольких политических, энергетических и информационных эпизодов, каждый из которых по отдельности едва ли привел бы к серьезному кризису. Вместе они указывают на более существенный процесс – последовательное увеличение дистанции между Баку и Москвой.
Одним из наиболее заметных сигналов стали заявления Ильхама Алиева во время визита в Германию. Президент Азербайджана обратил внимание на неспособность России обеспечивать традиционных клиентов прежними объемами нефтепродуктов и заявил о готовности Баку расширить свое присутствие на европейском энергетическом рынке.
Азербайджан объективно не располагает ресурсами, позволяющими полностью заменить российские поставки. Однако практическая осуществимость такого сценария в данном случае вторична. Гораздо важнее его политическое содержание.
Баку фактически дал понять, что рассматривает сокращение российского присутствия в Европе не только как геополитическое изменение, но и как возможность для собственной экономики.
Москва, многие годы использовавшая энергоресурсы в качестве инструмента влияния, теперь сталкивается с ситуацией, когда освободившуюся рыночную нишу готовы занимать государства, которые Кремль еще недавно считал частью своей традиционной сферы интересов.
Для российской стороны подобные заявления особенно чувствительны. Они демонстрируют, что ослабление Москвы перестало быть для ее соседей исключительно источником рисков и начинает восприниматься как окно возможностей.
На этом фоне дополнительное значение приобрела депортация председателя Московской национально-культурной автономии азербайджанцев Бахтияра Гасанова. После аннулирования российского гражданства он был задержан, помещен в центр временного содержания, а 17 августа выдворен из страны.
Ранее российского гражданства лишился руководитель азербайджанской диаспоры Самарской области Ширван Керимов. Причины этого решения публично не объяснялись.
Прямых доказательств того, что меры против представителей диаспоры стали ответом на последние действия Баку, нет. Дело Бахтияра Гасанова развивалось на протяжении нескольких месяцев. Однако последовательность подобных решений позволяет говорить о более широкой тенденции.
Российские власти традиционно используют миграционную политику, положение национальных общин и доступ иностранных товаров на свой рынок в качестве инструментов политического давления.
Если кризис продолжит углубляться, новыми проявлениями этой политики могут стать дополнительные проверки выходцев из Азербайджана, депортации и ограничения импорта под санитарными или административными предлогами.
Одновременно Баку демонстративно активизирует отношения с Киевом.
В начале августа министр иностранных дел Джейхун Байрамов совершил первый с начала полномасштабного российского вторжения официальный визит в Украину. Он посетил Ирпень, провел переговоры с украинским руководством и подтвердил готовность Азербайджана при необходимости поставлять газ Украине.
Вслед за этим в Баку прибыл бывший президент Украины Виктор Ющенко. Во время его встречи с Ильхамом Алиевым азербайджанскому лидеру было вручено удостоверение почетного гражданина Ирпеня. Этот жест стал публичным выражением благодарности за участие Азербайджана в восстановлении города, разрушенного в ходе российского наступления.
Отдельно каждый из этих эпизодов мог бы рассматриваться как часть обычной дипломатической практики. Однако вместе они формируют достаточно ясное политическое послание.
Баку не ограничивается формальной поддержкой территориальной целостности Украины, а постепенно придает отношениям с Киевом более заметное практическое и символическое содержание.
Еще прямолинейнее прозвучало заявление посла Украины в Турции Наримана Джеляла о том, что «Крым станет свободным, как и Карабах».
Тем самым восстановление Азербайджаном контроля над Карабахом было сопоставлено с намерением Украины вернуть оккупированные территории.
Для Москвы такое сравнение неприемлемо не только по украинским причинам. Оно предлагает постсоветским государствам модель, в которой восстановление территориальной целостности происходит вопреки позиции России и вследствие ослабления ее регионального влияния.
Информационная фаза противостояния также уже началась.
17 августа Генеральная прокуратура Азербайджана объявила в розыск ведущего телеканала «Москва 24» Ивана Князева, политтехнолога Семена Уралова и журналиста, советника российского министра транспорта Алексея Чадаева.
Азербайджанское следствие обвиняет их в публичных призывах к терроризму, насильственному изменению конституционного строя и нарушению территориальной целостности страны.
По версии прокуратуры, в опубликованных программах обсуждались в том числе насильственные действия против Азербайджана и физическая ликвидация отдельных лиц.
18 августа в МИД Азербайджана был вызван посол России Михаил Евдокимов. Ему выразили решительный протест в связи с угрозами и оскорбительными заявлениями, прозвучавшими в российском информационном пространстве.
В заявлении азербайджанского внешнеполитического ведомства упоминались проект «Чистота понимания», радиостанция Sputnik, телеканал «Спас» и материалы, распространявшиеся на YouTube.
Российская сторона может утверждать, что авторы этих высказываний не выражают официальную позицию государства. Однако значение имеют не только сами выступления, но и площадки, на которых они появляются.
Когда радикальная риторика регулярно звучит в государственных и близких к власти медиа, разграничить частную инициативу и политический сигнал становится трудно.
В основе нынешнего кризиса лежит не отдельный медийный скандал и не судьба одного представителя диаспоры. Речь идет о несовпадении стратегических интересов.
Азербайджан последовательно создает внешнеполитическую конструкцию, в которой Россия перестает быть обязательным центром принятия решений.
Связи с Турцией, Украиной, странами Европы и США расширяются не вместо отношений с Москвой, а за счет снижения зависимости от нее.
Такой курс имеет и долгосрочное региональное измерение. После завершения войн в Украине и вокруг Ирана внимание крупных держав неизбежно вновь сосредоточится на Южном Кавказе. К этому моменту Баку стремится сделать произошедшие за последние годы изменения максимально необратимыми.
В Карабах возвращаются азербайджанские вынужденные переселенцы, строятся города, дороги, школы и государственные учреждения. Масштабное восстановление территорий постепенно сокращает возможности для возвращения карабахского вопроса к прежней переговорной модели, в том числе под гуманитарными формулировками.
Аналогичная логика действует в отношениях с Россией. Чем продолжительнее период дистанцирования, тем сложнее будет восстановить прежнюю систему связей, при которой Москва рассчитывала на особую лояльность Баку в обмен на политическую стабильность и экономическое сотрудничество.
Теперь дальнейшее развитие кризиса во многом зависит от российской стороны. Москва может попытаться снизить напряженность через закрытые дипломатические контакты либо прибегнуть к привычным инструментам давления – миграционным ограничениям, торговым барьерам и информационным атакам.
Второй вариант может создать Азербайджану локальные экономические и социальные проблемы. Однако его стратегический результат будет противоположен ожидаемому. Чем жестче станет давление, тем убедительнее для Баку будет необходимость дальнейшего удаления от Москвы.
Россия теряет влияние на Южном Кавказе не потому, что ее вытесняют исключительно внешние силы. Главной причиной становится неспособность Кремля признать субъектность государств, которые он продолжает воспринимать как часть постсоветской периферии.
Влияние в регионе больше не может основываться на памяти об общем прошлом и ожидании автоматической лояльности. Оно зависит от способности предложить соседям приемлемое будущее.
Пока Москва чаще предлагает им дисциплинарный разговор. Для Баку это не основание вернуться, а дополнительный аргумент двигаться дальше.
Вести Баку