мм
Победа партии Никола Пашиняна на парламентских выборах в Армении не закрыла все вопросы вокруг мирного процесса с Азербайджаном, но создала условия для его продолжения.
Главный вывод из первых политических сигналов после голосования: Баку и Ереван не берут паузу, а возвращаются к прямому диалогу.
Показательным стала встреча помощника президента Азербайджана Хикмета Гаджиева и секретаря Совета безопасности Армении Армена Григоряна в Дилижане. Она прошла вскоре после выборов и стала первым заметным контактом сторон уже в новой политической реальности.
В эфире Press Club TV политолог, депутат Милли Меджлиса Расим Мусабеков и почетный президент Ереванского пресс-клуба Борис Навасардян обсудили, что итоги выборов означают для мирного соглашения, конституционных изменений в Армении, делимитации границы и будущего региональных форматов.
Что изменилось после выборов
По оценке Навасардяна, сам факт быстрой встречи Гаджиева и Григоряна говорит о том, что стороны готовы продолжать нормализацию. До выборов процесс был фактически заморожен, поскольку и Баку, и Ереван ожидали результатов голосования и понимания того, с каким мандатом Пашинян выйдет из кампании.
Теперь, по его словам, пространство для движения вперед сохраняется. При этом оспаривание итогов выборов со стороны оппозиции в Армении вряд ли способно серьезно изменить ситуацию. Повторное голосование, если бы оно вообще стало возможным, лишь продлило бы внутреннюю конфронтацию и отложило бы практические шаги по нормализации.
Мусабеков также считает, что повторных выборов не будет. Он исходит из того, что результаты голосования уже признаны международными наблюдателями и многими внешними игроками. Попытки пересмотра итогов он связывает скорее с инерцией внутренней борьбы и желанием Москвы сохранить давление на Пашиняна.
Конституция остается сложным, но не единственным вопросом
Один из центральных вопросов для Баку, возможные изменения в Конституции Армении. В Азербайджане неоднократно указывали на положения, связанные с Декларацией независимости Армении, где содержатся отсылки к Карабаху.
Однако Мусабеков считает, что чрезмерное публичное давление на эту тему может осложнить сам процесс изменений внутри Армении. По его логике, мирный договор можно подписать раньше, а ратификацию со стороны Азербайджана увязать с последующим принятием новой Конституции в Армении.
Такой подход, по мнению Мусабекова, позволил бы не оставлять процесс в подвешенном состоянии. Наличие подписанного договора само по себе сузит пространство для реваншистских сил: если в будущем они захотят вернуться к территориальным претензиям, им придется сначала денонсировать уже заключенное соглашение, что поставит их в политически уязвимое положение.
Навасардян, в свою очередь, обращает внимание на другой аспект. Для вынесения конституционного вопроса на референдум не обязательно, чтобы две трети голосов принадлежали одной партии. Теоретически такое большинство может быть собрано из депутатов разных фракций, если проект новой Конституции будет достаточно качественным и будет решать не только внешнеполитические, но и внутренние проблемы армянского государства.
Для армянского общества, по его словам, важна не только преамбула и вопрос мирного договора с Азербайджаном. Не менее значимы судебная система, местное самоуправление и баланс институтов власти. Поэтому судьба конституционной реформы будет зависеть от содержания документа, а не только от внешнего давления или политической арифметики.
Мирная повестка шире электората Пашиняна
Оба эксперта фактически сходятся в том, что поддержка мира с Азербайджаном в Армении не ограничивается только избирателями Пашиняна. Навасардян считает, что сторонники нормализации есть и среди части оппозиционного электората, даже если эти люди голосовали против правящей партии по внутренним причинам.
По его оценке, в Армении сохраняется достаточно высокий уровень консенсуса по двум направлениям: европейская ориентация и мир в регионе. После снижения предвыборного напряжения это может стать базой для дальнейших шагов.
Мусабеков также считает, что Пашинян получил достаточный мандат для продвижения мирной повестки. Кроме того, он допускает, что часть депутатов от блока Самвела Карапетяна может ситуативно поддерживать власть при голосовании по отдельным вопросам, где потребуется более широкое большинство.
Граница и коммуникации как практическая часть процесса
Отдельное значение имеет делимитация и демаркация границы. Встреча азербайджанской делегации в Армении через уже делимитированный участок границы была воспринята как политический сигнал: процесс постепенно переходит из символической плоскости в рабочий механизм.
Мусабеков напоминает, что первый участок уже был делимитирован и демаркирован в районе Казах-Иджеван. Дальнейшие усилия, по его мнению, могут быть сосредоточены на тех направлениях, где будут открываться транспортные маршруты и пограничные переходы.
В этом контексте важным остается проект TRIPP, который должен связать Азербайджан с Нахчываном через территорию Армении. Его запуск потребует не только технических решений, но и политических договоренностей, включая вопросы таможенного и пограничного контроля.
При этом Мусабеков подчеркивает, что делимитация всей границы может занять годы. В качестве примера он приводит опыт Азербайджана и Армении с Грузией, где отдельные участки границ до сих пор не завершены юридически. Однако это не мешает странам выстраивать отношения и развивать сотрудничество.
Дипломатические отношения могут стать промежуточным решением
Если подписание полноценного мирного договора будет задерживаться из-за конституционной реформы или других технических причин, Баку и Ереван могут рассмотреть промежуточные механизмы.
Навасардян считает, что одним из таких шагов может стать установление дипломатических отношений. По его мнению, без консульской и дипломатической инфраструктуры развитие торговли, гуманитарных контактов и практического взаимодействия быстро столкнется с ограничениями.
Мусабеков допускает более осторожную модель: не сразу обмен посольствами, а открытие секций интересов при посольствах третьих стран. Например, армянская секция интересов могла бы работать в Баку при посольстве Грузии, а азербайджанская в Ереване при посольстве Казахстана. Такой формат позволил бы двигаться вперед без резкого политического шага.
Региональные форматы уходят на второй план
В обсуждении также прозвучал вопрос формата 3+3, который предполагает участие трех стран Южного Кавказа и трех соседних держав: России, Турции и Ирана. Навасардян считает, что этот формат может сохранять значение как консультационная площадка, но уже не как главный механизм решения армяно-азербайджанских вопросов.
По его оценке, ключевые решения теперь принимаются в прямом диалоге Баку и Еревана. Если для их реализации нужна помощь внешних игроков, она может быть полезной, но не должна подменять двусторонний процесс.
Мусабеков предлагает еще более гибкую формулу, не 3+3, а 3+. По его мнению, три страны Южного Кавказа должны укреплять собственный региональный формат, а внешние партнеры могут подключаться ситуативно, в зависимости от темы. Это могут быть Турция, Евросоюз, США, Центральная Азия или другие участники.
Такой подход, по мнению Мусабекова, позволил бы не замыкать регион в рамке трех бывших имперских центров влияния и сохранить пространство для более широкой дипломатии.
Что дальше
Главный итог дискуссии: после выборов в Армении мирный процесс не остановился. Напротив, первые контакты показывают, что Баку и Ереван готовы продолжать прямой политический диалог.
Однако дальнейшее продвижение будет зависеть не от одного документа, а от целого набора шагов: конституционной реформы в Армении, делимитации границы, запуска коммуникаций, возможных дипломатических механизмов и расширения контактов между обществами.
Пашинян получил новый мандат, но не снял всех рисков. Для Азербайджана важно, чтобы мирный процесс имел не только подпись правительства Армении, но и более широкую общественную и институциональную основу. Именно поэтому ближайшие месяцы могут стать проверкой того, способен ли прямой диалог Баку и Еревана перейти от политических сигналов к устойчивым решениям.
Вести Баку