Редакция Вести Баку
Архитектор Эльчин Алиев публикует свои тексты на азербайджанском и русском языках. Казалось бы, это самый простой способ обратиться к разным читателям.
Но, как он рассказал в недавнем посте, журналистка Айгюн Мурадханлы посвятила ему выступление под названием «Rüsdillilərin Türkiyə dərdi» и приписала ему неприязнь ко всему турецкому.
Алиев утверждает, что в эфире прозвучали и пожелания смерти русскоязычным.
Саму запись выступления мы не проверили, поэтому передаём эти слова именно как его свидетельство.
Но даже если оставить спор об эфире в стороне, вопрос Алиева остаётся. Почему человеку, который пишет в том числе на азербайджанском, приходится оправдываться за то, что он пишет ещё и на русском?
Одна причина – привычка принимать язык за политическое заявление.
Для части участников таких споров русский текст автоматически означает симпатию к России, а обращение к тюркскому миру превращается в проверку чужой лояльности.
Так живой человек исчезает за ярлыком. Его взгляды, поступки и работа уже не имеют значения: за него будто бы всё сказал язык публикации.
Это удобная, но несостоятельная логика. Азербайджанский – государственный язык страны. Его знание и развитие важны. При этом Конституция Азербайджана прямо предусматривает свободное использование и развитие других языков, на которых говорит население. Между этими положениями нет противоречия.
В комментариях к посту хорошо видно, насколько болезненной остаётся эта тема. Лейла Тан вспоминает, как ещё в конце 1980-х ей говорили на митинге, что ей там не место, потому что она русскоязычная. Рагим Гумбатов замечает: знание языка само по себе не доказывает патриотизм. Другие комментаторы благодарят Алиева за его работу по сохранению облика Баку.
Это личные свидетельства и мнения участников обсуждения, но за ними стоит один и тот же вопрос: почему право любить свою страну всё ещё предлагают подтверждать способом речи?
Ответ Алиева связан с его профессией. Исторический Баку создавали люди разных национальностей и разных архитектурных школ.
Если город ценен благодаря этому сложному наследию, странно требовать культурного единообразия от тех, кто сегодня пытается его сохранить.
При этом его критика городской застройки и конкретных должностных лиц остаётся его оценкой, а не доказательством чьей-либо вины.
Спорить о месте русского языка можно и нужно. Можно обсуждать качество преподавания азербайджанского, возможности учиться и работать на государственном языке, доступность книг и профессиональных текстов.
Но человек, который владеет азербайджанским и пользуется также русским, не становится от этого менее азербайджанцем.
Требование отказаться от одного языка ничего не прибавляет другому.
Возможно, такие нападки продолжаются именно потому, что языковой ярлык даёт лёгкий ответ на трудный вопрос о гражданской принадлежности.
Куда проще проверить, на каком языке написан пост, чем оценить, что его автор сделал для страны.
В 2026 году Азербайджану пора отказаться от этой подмены.
Патриотизм виден в делах, а любовь к Баку не нуждается в переводе на один – единственный язык.
Вести Баку